Информация. Собственность. Интернет




Предисловие


К какой бы социологической, культурологической или даже экономической теории современности мы ни обратились, с большой долей вероятности можно утверждать, что в первую десятку обсуждаемых понятий войдет "информация", так или иначе увязанная с развитием и дифференциацией коммуникационных процессов. Предметом настоящего исследования также является "информация", но только в ее правовом ракурсе. Мы обратимся к истории понятия, его определению и возможным интерпретациям, однако в первую очередь нас будет интересовать совместимость "информации" с набором механизмов регулирования, уже имеющихся в современном праве. Иными словами, мы бы хотели "проверить на прочность" правовую теорию и, по возможности, наметить наиболее адекватные и эффективные пути решения проблем, сформировавшихся в информационной сфере общественной жизни и ставших особо актуальными в связи с развитием глобальной информационно-коммуникационной сети, за которой закрепилось название "Интернет".

Право способно соответствовать ожиданиям своих реальных и потенциальных субъектов только в том случае, если оно является стабильным, т.е. остается неизменным в течение относительно продолжительного периода времени. От права, с другой стороны, требуется мобильность, поскольку оно должно обслуживать реальные экономические и социальные потребности, которые претерпевают постоянные изменения. Равновесие между этими двумя тенденциями - обеспечением гарантий и своевременной реакцией на часто непрогнозируемые изменения - составляет неотъемлемую черту эффективно функционирующей правовой системы. Это, казалось бы, тривиальное положение правовой теории подвергается сегодня коррекции, все большее значение приобретает динамическая составляющая указанного равновесия. В частности, предлагается рассматривать "необходимую степень динамичности" как элемент стабильности закона, причем речь идет не только о дополнении и совершенствовании законодательства, но и о его "существенном обновлении"*(1). К сожалению, механизмы такого обновления до сих пор не изучены детально, а рассуждения общего характера проливают мало света на происходящее. Заметим, к примеру, что неупорядоченность изменений в российском законодательстве на разных уровнях, которая усугубляется высокими количественными (частотными) показателями, приводит к неизбежным конфликтам и коллизиям. Любопытно, что правовая догматика практически отказалась от возможности "абсолютного" решения подобных коллизий, т.е. от вполне естественного для правоведа идеала стройной и непротиворечивой системы нормативных актов. Обсуждается даже целесообразность создания и развития новых отраслей права - коллизионного права*(2), информационного права, "интернет-права" и т.д. Мы получаем в итоге довольно нетрадиционную ситуацию: правопритязания, лишь отчасти урегулированные законом, изменения, которые еще "не устоялись", не получили адекватного отражения и признания в системе права, уже получают своих защитников, свое "лобби" среди представителей той же самой правовой системы.




Содержание  Назад  Вперед